Статья «Боспорское царство: держава на двух континентах» (для 7–8 классов)

Статья 3. Боспорское царство: держава на двух континентах

Введение: где море становится озером

Взгляните на карту Крыма и найдите Керченский пролив. В древности греки называли его Боспором Киммерийским, что означало «коровий брод» (по легенде, здесь переправлялась Ио, превращенная в корову). Этот узкий пролив был не границей, а мостом. Именно здесь, по обе стороны пролива — на восточной оконечности Крыма и на Таманском полуострове — возникло самое большое и долгоживущее государство Северного Причерноморья: Боспорское царство. Его владения лежали сразу в двух частях света — в Европе и в Азии. Как же кучке греческих полисов-колоний удалось создать державу, с которой считались и Афины, и скифские цари, и сам Рим?

Часть 1. Рождение державы: зачем объединяться?

Около 480 года до нашей эры, почти одновременно с тем, как афиняне разбили персов при Саламине, на берегах Керченского пролива произошло событие не столь громкое, но исторически важное. Греческие города-колонии, основанные здесь выходцами из Милета, — Пантикапей (нынешняя Керчь), Нимфей, Фанагория, Кепы и другие — решили объединиться в военный союз. Главным стал Пантикапей, стоявший на горе, которую сегодня венчает Обелиск Славы.

Почему они объединились? Причина была проста и страшна: выживание. Степи Крыма и Прикубанья контролировали воинственные кочевые племена скифов и меотов. Поодиночке маленькие греческие городки не выдержали бы натиска. Вместе же они могли выставить общую армию и флот. Во главе союза встали Археанактиды — первая династия боспорских тиранов. Они назывались «архонтами», что по-гречески звучало демократично («правители»), но фактически передавали власть по наследству. Так на Боспоре вместо полисной демократии (как в Херсонесе) установилась власть сильной единоличной династии.

Часть 2. Эпоха Спартокидов: «Левкон, архонт Боспора и Феодосии»

Настоящий расцвет Боспора начался в 438 году до н.э., когда власть каким-то образом (возможно, переворотом) захватила новая династия — Спартокиды. Их происхождение до сих пор вызывает споры: были ли они греками или знатными фракийцами? Но это не так важно, ибо правили они как дальновидные и жесткие цари.

Вершина могущества наступила при Левконе I (389–349 гг. до н.э.). Этот царь понял, что сила государства — в пшенице. И начал расширять границы. Он завоевал Феодосию — город с прекрасной гаванью и плодородной равниной. Именно Феодосия стала тем ключом, который открыл для Боспора двери в мировую хлебную торговлю. Затем Левкон подчинил земли меотов на Тамани, взяв под контроль все устье реки Гипанис (современная Кубань).

Как теперь звучал его титул? В Пантикапее нашли мраморный постамент от статуи с гордой надписью: «Левкон, архонт Боспора и Феодосии, царь синдов, торетов, дандариев и псессов». Обратите внимание: для греческих городов он «архонт» (избранный правитель), а для местных варварских племен — «царь». Это гениальный политический ход: для греков он сохранял видимость полисных свобод, а для местных племен был законным монархом. Так Боспор превратился в двойную греко-варварскую державу.

Часть 3. Хлеб — всему голова: торговля с Афинами

Зачем Афинам, далеким и блестящим, нужен был какой-то Пантикапей? Ответ — зерно. Афины не могли прокормить свое население самостоятельно. Каменистая почва Аттики родила философов и стратегов, но не пшеницу. А плодородные равнины Крыма и Тамани давали огромные урожаи. До половины всего импортного хлеба Афины получали с Боспора.

Взамен из Афин везли оливковое масло, вино, дорогую расписную керамику, ювелирные изделия и оружие. Знаменитый афинский оратор Демосфен в одной из своих речей упоминает, что ежегодно из Боспора в Афины приплывало 400 000 медимнов зерна (это более 16 000 тонн!). Боспорские цари прекрасно понимали свою значимость и давали афинским купцам право беспошлинной торговли. Левкону за это в Афинах даже поставили памятник. Это была дружба, замешанная на экономике: без боспорского хлеба афинская демократия рухнула бы гораздо раньше.

Часть 4. Культура и повседневность: греки и варвары вместе

Прогуливаясь сегодня по раскопкам Пантикапея или Фанагории, можно удивиться. В гробницах находят предметы, которые не спутаешь: типично греческие золотые серьги с изображением богини Афины лежат рядом со скифским оружием и сбруей коня, украшенной в «зверином стиле». В боспорских городах говорили на греческом, писали на греческом, молились греческим богам. Но погребальный обряд, одежда, искусство всё больше впитывали местные, варварские черты.

Особенно ярко это видно в «царских курганах». Чего стоит один лишь курган Куль-Оба («Холм пепла»), раскопанный случайно в 1830 году. В каменном склепе, выложенном без капли раствора, нашли захоронения скифского вождя, его жены и слуги. Но вещи вокруг были работой греческих ювелиров! Знаменитая золотая ваза с филигранными сценами из скифского быта, золотая гривна с фигурками скачущих скифских всадников — это продукт слияния культур. Это уже не чистая Греция, но и не дикая Степь. Это и есть настоящий Боспор.

Часть 5. Закат и последняя драма

Ничто не вечно. После смерти могучего царя Перисада V в конце II века до н.э. на Боспоре разразилась катастрофа. Восстали скифы, которых притесняли. Царство, ослабленное внутренними дрязгами, не могло с ними справиться. И тогда произошел роковой шаг: Перисад V передал свой трон знаменитому понтийскому царю Митридату VI Евпатору. Началась эпоха Митридатовых войн с Римом. Крым стал ареной грандиозной битвы Востока и Запада.

История закончилась трагично именно на Боспоре. Сын Митридата, Фарнак, предал отца. Осажденный в Пантикапее Митридат, тот самый, который всю жизнь боялся отравления и приучал себя к ядам, попытался покончить с собой, но яд не подействовал. Тогда он приказал своему телохранителю заколоть его мечом. Так на вершине горы, в акрополе Пантикапея, рухнула эпоха эллинизма. Но Боспорское царство уцелело и после этого, перейдя под власть Рима, а затем просуществовав еще почти 400 лет, чтобы погибнуть уже под ударами гуннов в IV веке н.э.

Заключение: больше тысячи лет истории

Боспорское царство преподает нам важный урок. Это было государство, не похожее ни на классическую Грецию, ни на восточную деспотию. Оно взяло лучшее от двух миров: организаторский гений эллинов и воинскую доблесть, и адаптивность варваров. Оно показало, что люди разных культур могут не только сосуществовать, но и создавать нечто новое. Стоя на руинах Пантикапея, помните: вы находитесь на перекрестке континентов, культур и тысячелетий, где когда-то решалась судьба всего античного мира.