Сравнение образа волка в славянской и западной мифологии. Исследование по литературе.
Оценка 4.6

Сравнение образа волка в славянской и западной мифологии. Исследование по литературе.

Оценка 4.6
Мероприятия +1
doc
русская литература
5 кл—8 кл
24.04.2018
Сравнение образа волка в славянской и западной мифологии. Исследование по литературе.
Сравнение образа волка в славянской и западной мифолоии.doc

Сравнение образа волка в славянской и западной мифологии.

Исследование по литературе.

Руководитель Потапова О.А.

Из всех мифологий мира наиболее страшный и "глобальный" образ волка дает нам скандинавская мифология. Здесь волк, ни много ни мало, - одна из причин гибели мира, он воплощает в себе хаотическое и деструктивное начало природы. Зовут это чудовище Фенрир, и породила его на свет великанша от коварного и проказливого бога Локи (именно его маску находит Джим Кэрри в знаменитом фильме "Маска"). Боги сперва хотели держать этого "песика" у себя, да только "песик" рвал любую цепь, которую на него надевали. Тогда карлики сковали для него Глейпнир - самую крепкую цепь в мире (из "шума кошачьих шагов, бороды женщины, корней гор, медвежьих жил, рыбьего дыхания и птичьей слюны"). Чтобы надеть ее на Фенрира бог Тюр (в знак того, что волку не причинят вреда) положил ему в пасть свою руку, которая, естественно, была откушена, как только волк понял обман. Однако цепь не вечно будет держать чудовище. Он вырвется на свободу, сожрет сперва Солнце (положив начало "сумеркам богов" - концу света), а затем проглотит и верховного бога Одина.

О, вижу я горе, великое горе. Вижу свирепого Зверя, могучего Волка, что Всеотца пожирает. Пасть его - пламя, взгляд его - ненависть, сила его - смерть. Гибнет Асгард, кровью реки текут, солнце чернеет, дымится земля, падают звезды, о горе, великое горе! - эмоциональная речь неожиданно прервалась, Мимир затряс головой и с недоумением огляделся.

 

Волк, как пожиратель небесных светил, известен и в славянской мифологии (в летописи 1282 г. говорится о волколаке, который "гонит облака и изъедает луну"). Алхимики, которые любили придавать загадочность своей работе, трактовали процесс очистки золота с помощью сурьмы как пожирание "серым волком металлов желтого льва".

Не менее опасным выглядит образ волка в христианстве. Сравнивая своих учеников с "агнцами", Христу поневоле пришлось сравнить злых людей и лжепророков с волками.

Выражение "волк в овечьей шкуре" стало излюбленной аллегорией коварного и вероломного дьявола, совращающего "паству" верующих. Однако самые "продвинутые" христиане - святые - вполне могли не только укротить хищного зверя (так, св. Вильгельм Веркельский смог оседлать волка), но даже подружиться с ним.

В этом отношении весьма показательна одна из легенд о св. Франциске Асизском. Район вокруг итальянского городка Губбио в Апеннинах разорял страшный волк. Вместо того, чтобы испепелять "убийцу" молниями, святой обратился к зверю "по-человечески", назвал его "брат волк" и разъяснил ему всю неправедность его поступков. Волк покаялся, умер "с чистой совестью" и был похоронен. Не будем забывать также, что в христианском "прекрасном далеко" волки и другие хищники не будут истреблены, но преобразятся. См.:

"И буду радоваться о Иерусалиме и веселиться о народе Моем; и не услышится в нем более голоса плача и голоса вопля.

...Волк и ягненок будут пастись вместе, и лев, как вол, будет есть солому...: они не будут причинять зла и вреда на всей святой горе Моей, говорит Господь".

(Ис. 65:19,25)

Дивную трансформацию на славянской почве испытал другой христианский святой - Георгий-победоносец (тот, который на гербе Москвы "держит в руце копие, колет змия в жопие" - извините, но так на русском лубке было написано). Оказавшись связанным по датам со скотоводческими праздниками, змееборец в народном сознании постепенно превратился в Егория - охранителя стад и по совместительству "пастыря волков". "Что у волка в зубах, то Егорий дал", говорили скотоводы, но молили святого, чтобы он давал своим "псам" поменьше. Иногда образ Егория "волчьего пастыря" приобретал прямо таки ужасные черты. См. стихотворение А. Толстого:

"В поле голодном
Страшно и скучно.
Ветер холодный
Свищет докучно.
Крадется ночью
Стая бирючья, -
Серые клочья,
Лапы что крючья.
Сядут в бурьяне,
Хмуро завоют;
Землю в кургане
Лапами роют.
Пастырь Егорий
Спит под землею.
Горькое горе,
Время ночное...
Встал он из ямы,
Бурый, лохматый,
Двинул плечами
Ржавые латы.
Прянул т зверя...
Дикая стая,
Пастырю веря,
Мчит завывая.
Месяц из тучи
Глянул рогами,
Пастырь бирючий
Лязгнул зубами.
Горькое горе
В поле томится.
Ищет Егорий,
Чем поживиться...".

В славянской мифологии волк долгое время был существом уважаемым. Его даже называли подставными именами, чтобы не накликать беду (см. пословицу "Про волка речь, и он навстречь"). Русские звали его "серый", "кузьма", "бирюк", украинцы - "скаменник", "малий", эстонцы - "пастух", "дядя", "длинный хвост", абхазские охотники - "счастливая пасть", коряки - "тот, кто держится в стороне". При встрече с волками крестьяне нередко приветствовали их: "Здравствуйте, молодцы!" или отвораживали каверзными вопросами: "Воук, воук, гдэ ты буу, як Суса Хрыста роспыналы?".

Интересно сравнить образ волка в наших и западных сказках. Если в Западной Европе это практически исключительно злодей и разбойник, то у нас в лучшем случае - грозный помощник главного героя (зверь мудрый, посвященный в сакральные тайны), в худшем - недотепа, которого обманывает лиса, заяц, и постоянно бьют крестьяне.

"- Что, Иван-царевич, сидишь, пригорюнился, голову повесил?

- Как же мне не печалиться, серый волк? Остался я без доброго коня.

- Это я, Иван-царевич, твоего коня съел... Жалко мне тебя! ...Тебе на твоем добром коне в три года не доехать до Жар-птицы. Так и быть - коня твоего съел, буду тебе служить верой и правдой. Садись на меня, да держись крепче".

("Иван-Царевич и серый волк")

"Сидел волк целую ночь у проруби. Хвост у него и приморозило. Под утро хотел подняться - не тут-то было. Он и думает: "Эка, сколько рыбы привалило - и не вытащить!".
В это время шла бабка с ведрами за водой и как закричит:
- Волк, волк! Бейте его!
Волк - туда-сюда, не может вытащить хвост. Бабка бросила ведра и давай его бить коромыслом. Била, била, волк рвался, рвался, оторвал себе хвост и пустился наутек".
("Лиса и волк")

"- Жеребенок, жеребенок, я тебя съем!
- Где тебе, старому, съесть меня! Да у тебя и зубов-то нет.
- А вот и есть зубы!
- Покажи, коли не хвастаешь!
- Смотри!
А жеребенок лягнул его изо всех сил по оскаленным зубам, да и был таков".

("Глупый волк")
"- Верно говорю, мой тулуп.
- И к присяге пойдешь?
- Пойду, - говорит волк.
Подвела лиса волка к капкану и говорит:
- Вот здесь и целуй!
Волк сдуру сунулся туда мордой; капкан щелкнул и ухватил его".

("Овца, лиса и волк")

А вот в моей родной башкирской культуре волчица-это мать. Волк также у нас считается мудрым животным и чем-то вроде хранителя. Это связано скорее всего с тем, что башкиры издревле кочевой народ и они как можно дольше, чем остальные жили в согласии с природой, поэтому понимают её лучше.

http://darkdreamers.ucoz.ru

 

В мифологических представлениях многих народов Евразии и Северной Америки образ волка был связан с культом предводителя боевой дружины, богом войны и родоначальника племени (пример, миф о Капитолийской волчице и основании Рима). В верованиях, фольклоре, мифах и сказках древних народов, особенно славян, волк или человек-волк (волколак) выступал вождем, божеством, героем, воином- защитником и помощником. В подобных мифах и сказках герой выступает в образе волка или обладает способностью превращаться в него.

Скандинавский бог Один и славянский Сварог тесно связаны с волчьим культом. Трон Одина стерегут два волка: Гери и Фреки, а Сварог и родственный ему Рарог (возможно, ипостась Сварога) могли превращаться в волка, коня, быка, сокола, медведя и вихри. Кроме этого способностью превращаться в волка наделялись эпические герои: сербский Змей Огненный Волк и герой древнерусских сказаний – Всеслав, что свидетельствует о существовании общеславянского мифологического героя-волка. Следует также упомянуть германский эпос «Легенда о Беовульфе», где имя героя переводится как «пчелиный волк». Приметой чудесного волка, как и человека-волка, по преданиям южных славян, является заметная от рождения «волчья шерсть» или «волчья прядь» на голове (словенское волчья длака). Это словосочетание позволяет объяснить происхождение слова волколак: сербохорватское вукодлак, словенское волкодлак, старославянское вълекодлакъ, вурколакъ и т. п. Этому тождественна и древнеисландская примета – vargshar, «волчьи волосы» оборотня. Но наиболее древняя форма этого названия произошла, по-видимому, от соединения названий волка и медведя (прусское tlok – «медведь», литовское lokys, родственно греческому «арктос», древнеисландскому art и др), как и в тождественных по смыслу древнеисландских и германским именам: Ulfbiorn, Wulf-bero – «волко-медведь».

Другим древним названием волкодлака в славянском языке было слово, образованное от глагола ведать – «знать»: украинское вiщун (вовкун) и вовкулака – «волк-оборотень», древнечешское vedi – волчицы-оборотни, словенское vedomci, vedunci, vedarci – волки оборотни; древнеисландское название волка – vetnir.

Кроме всего вышеизложенного, следует отметить, что символ волка также связан и с потусторонним миром, миром мертвых. В мифах индейцев-алгонкинов волк – божество и хозяин царства мертвых. В скандинавской «Эдде» конец мира вызван, сорвавшимся с цепи гигантским волком-чудовищем. Общеславянским является и представление о том, что волк съедает луну или солнце при затмениях. Считалось, что волкодлак может стать вампиром, поэтому после смерти ему зажимали рот монетой. Лунная тема тесно связана с волками и волками-оборотнями в европейском фольклоре; чаще всего именно в полнолуние человек превращается в волка, тогда же волк-оборотень набирает и наибольшую силу.

У народов севера долгое время сохранялся так называемый «волчий праздник», во время которого совершалась ритуальная охота на волков. Традиция переодевания в волчьи шкуры или хождение с чучелом волка у многих народов Европы приурочивалась к осенне-зимнему сезону; в некоторых языках (Чехия, Прибалтика) названия декабря – буквально означает «волчий месяц».

Превращение человека в волка, выступающего одновременно в роли жертвы (изгоя, преследуемого) и хищника (убийцы, преследователя) объединяет многие мифы о волке и соответствующие обряды. На возникновение образа человека-волка, возможно, повлияло и встречающееся, довольно редко, у человека генетическое нарушение (или атавизм), при котором наблюдается усиленный рост волос по всему телу; человек при этом выглядит как бы заросшим шерстью. Скорее всего, это повлияло на развитие образа оборотня в целом. В русской литературе тема волкодлака использовалась, начиная с Пушкина, который первым употребил для него название – «вурдалак».

На формирование крайне отрицательного образа волка и человека-волка у европейских народов, как свирепого зверя и дьявольского чудовища (отрицая его любую положительную роль), оказала христианская церковь, которая, отвергая древние языческие верования, объявила все, что с ними связано, ересью и порождением дьявола. Эти же мировоззрения отразились и в европейской геральдике, где волк – обычно символизирует хищника, злость, хитрость и жадность. Но иногда он все же может быть символом защитника и смелости.

 

 

Примечания:

Сварог («свет», «блеск») – верховное божество древних славян. Бог-творец и создатель, бог неба и света.

Долон – человек-волк из греческой мифологии.

Лик, ликей, ликан (лукан) – древнегреческое «волк», «волчий». Отсюда происходит современное научное латинское название волка – «lupus», а также псевдонаучные названия волка-оборотня и оборотничества – ликантроп, ликантропия.

«ликеона» - волчья голова.

От слов "ведать", "знать" произошли следующие слова: ведун, ведунья, вежливец, вежа – знахарь, колдун, колдунья, волшебник, ведьма, ведьмак.

http://clubs.ya.ru Клуб «Мифы, легенды, история»


Скачано с www.znanio.ru

Сравнение образа волка в славянской и западной мифологии

Сравнение образа волка в славянской и западной мифологии

И буду радоваться о Иерусалиме и веселиться о народе

И буду радоваться о Иерусалиме и веселиться о народе

Ищет Егорий, Чем поживиться

Ищет Егорий, Чем поживиться

Овца, лиса и волк") А вот в моей родной башкирской культуре волчица-это мать

Овца, лиса и волк") А вот в моей родной башкирской культуре волчица-это мать

У народов севера долгое время сохранялся так называемый «волчий праздник», во время которого совершалась ритуальная охота на волков

У народов севера долгое время сохранялся так называемый «волчий праздник», во время которого совершалась ритуальная охота на волков
Скачать файл