Сравнение русских и татарских народных сказок
Оценка 4.6

Сравнение русских и татарских народных сказок

Оценка 4.6
Научно-исследовательская работа
docx
русская литература
6 кл
08.05.2018
Сравнение русских и татарских народных сказок
Публикация является частью публикации:
сравнение русских и татарских сказок КОРОБКИН].docx
Республиканская научно­практическая конференция  для учащихся 5­8 классов  «Ломоносовские чтения»  Секция: Литературоведение Сравнение русских и татарских народных сказок КОРОБКИН НИКИТА Республика Татарстан, город Набережные Челны МБОУ «Средняя общеобразовательная школа № 10»,  6 класс Научный руководитель: Мавлявиева Г.С. Набережные Челны 2013  Содержание Введение …………………………………………………………………………………. 1. Определение жанра  сказки……………………………………………………….. 2. Общность в сказках разных  народов,  ее  причины……………………………… 3. Сравнение сказочных существ у русского и татарского  народов………………. Заключение ……………………………………………………………………………….. Литература ……………………………………………………………………………….. стр. 2 3 3 5 14 16 Введение У каждого народа есть свои сказки. Они, в устной или письменной форме, передаются из   поколения   в   поколение   и   являются   сокровищницей   бесценного   жизненного   опыта, народной мудрости, юмора. Со сказки и с  колыбельной начинается жизнь человека. Сказка –   это   рассказ   о   самых   невероятных,   фантастических   событиях,   но   имеющих   глубокий поучительный жизненный смысл. А.С. Пушкин давал сказке очень высокую оценку. По его словам, прочитав сказку, «вознаградишь недостатки проклятого своего воспитания». Сравнительно недавно, сказки в нашей стране пользовались неизменным успехом. В послевоенные годы на сказочные сюжеты был сделан целый ряд великолепных фильмов, сказки звучали и по радио. Однако сумасшедший ритм современной жизни, ее сложности, неразрешенные проблемы, бытовая неустроенность, появление новых ложных ценностей и еще   много   причин   привели   к   постепенному   вытеснению   из   нашей   жизни   народного творчества.   Поэтому   данная   тема   очень   актуальна.   Сказки   становятся   редкостью, постепенно уходят в небытие. Этого нельзя допустить. Актуальность темы очевидна еще и потому, что ведь недаром говорят: «Сказка – ложь, да в ней намек…», поэтому очень важно знать мудрость сказки и уметь использовать ее уроки в повседневной жизни. 2 Очень богато сказочное творчество русского и татарского народов. Поэтому  цель нашей работы ­ сравнение русских народных и татарских сказок,  раскрытие тех общих идей, мотивов, сюжетов, образов, которые в них   прослеживаются.   Мы поставили перед собой ряд задач: 1. Определить жанр сказки, ее особенности; 2. 3. Раскрыть причины общности идей, мотивов, сюжетов, образов в сказках; Рассмотреть и сравнить русские и татарские волшебные сказки. Объект исследования: мифические герои русских и татарских народных сказок Баба Яга и Убырлы карчык, Змей Горыныч и Аждаха, Су анасы и Водяной, Шурале и Леший. Методы   исследования:   работа   с   различными   информационными   источниками, анализ и обобщение информации. 1. Определение жанра сказки Сказка   ­   один   из   основных   жанров   устного   народного   творчества.   Это преимущественно прозаический художественный устный рассказ волшебного или бытового характера. Само название возникло не сразу (в Древней Руси – «баснь»). Первоначально это и древнее понятие, документ, показание, основанное на фактах. Термин «сказка» появился в 16 веке.  По­татарски сказка называется «экият». Собирание татарских народных сказок началось относительно поздно. Много сил в этом плане  приложили В.В. Радлов, Г.  Фаизханов, К. Насыйри, Г.  Рахим  и др. Записи русских   сказок   также   появились   очень   поздно.   Классические   собрания   русских   сказок составлены в 19 и 20 веке А.Н. Афанасьевым, Д.Н. Садовниковым, Н.Е. Ончуковым, Д.К. Зелениным и другими собирателями фольклора. Сказка   –   жанр,   в   котором   необыкновенное   становится   выполнимым.   Основной жанровый   признак   –   это   отражение   некоторых   существенных   коллизий   бытового характера.   Все   необыкновенные   конфликты   в   сказках   разрушаются.   Здесь   всегда счастливый   конец,  и   все  сосредотачивается,   как  правило,  вокруг   основного  героя.  Все персонажи собраны.  Каждый народ создает свои сказки, поэтому они называются народными. В отличие от литературных,   которые   создаются   писателями,   народные   сказки   не   имеют   автора. Передаваясь   в   течение   многих   веков   от   поколения   к   поколению,   сказки   шлифуются 3 народом. Сказочник творчески перерабатывает исполняемую им сказку, поэтому каждая из них известна во многих вариантах. 2. Общность в сказках разных народов, ее причины Сказка   —   удивительное   творение   человеческого   гения,   она   возвышает   человека, радует его, дает веру в свои силы, в будущее, увлекает достижимостью того, что кажется вроде бы совершенно невозможным... Сказка — это рассказ о заведомо невозможном. Последняя черта особенно важна — в сказке обязательно есть фантастическое, неправдоподобное. Недаром известная русская присказка гласит: «Сказка ложь, да в ней намек, добрым молодцам урок». Без фантастики не бывает сказки, а нередко она еще и поучительна, и «добрые молодцы» действительно могут   извлечь   из   нее   для   себя   жизненный   урок   —   урок   нравственности,   доброты, честности, ума и иной раз хитроумия, без которого, бывает, никак не выпутаться из беды. Сотни лет народные сказки пересказываются из уст в уста и записываются со слов разных рассказчиков. Не стоит удивляться, если вы найдете в разных сказках очень схожие между собой сюжеты или сюжеты, тесно пересекающиеся с русскими народными сказками. Принято выделять сказки о животных, волшебные и бытовые сказки. Тексты сказок в определенном порядке впервые были разложены А.Н. Афанасьевым. Он выделил сказки о животных, волшебные и бытовые сказки. Эта классификация была принята учеными, стала международной и применяется до сих пор. Татарские сказки также делятся на эти три группы, соответствующие разновидностям жанра, хотя некоторые из них не всегда вмещаются в рамки данных групп. Народы мира живут на одной планете, развиваются по общим законам истории, как бы   ни   были   своеобразны   пути   и   судьбы   каждого   из   них,   условия   обитания,   языки.   В сходстве исторической народной жизни, очевидно, и следует искать ответ на вопрос о том, в чем же причины похожести, близости сказок народов, живущих на разных континентах, и в чем причины усвоения заимствованных сказок. Национальные   черты   сказки   определяются   в   немалой   мере   фольклорными традициями народа, присущим ему особым поэтическим взглядом.  В сказках нашли отражение животный и растительный мир, приметы и поверья той страны, где эти сказки появились. В сказках мы найдем предметы национального быта, 4 одежды,   обнаружим   обычаи   народа   и,   самое   главное,   черты   национальной   психологии, национальные сословно­психологические типажи в сказочном варианте.  Познавательное и воспитательное значение сказок бесспорно и огромно. Но сказки представляют   большой   интерес   и   в   литературоведческом   аспекте,   в   частности   –   в мифологических   героях.   Не   стоит   удивляться,   если   в   разных   сказках   разных   народов встретишь очень схожих между собой мифологических героев. Например, читая сказки русского народа, можно заметить, что они перекликаются со сказками татарского народа. С одной стороны, это не удивительно – ведь русские и татары живут бок о бок уже не один век и культуры этих народов во многом дополнили друг друга. С другой стороны, схожие сюжеты со схожим построением встречаются во многих сказках народов мира. Отсюда   возникает   вопрос,   по   какому   принципу   строятся   сказки,   почему   в   них прослеживаются   общие   черты,   и   насколько   касается   это   региональных   сказок?   Так родилась тема исследования, и целью работы стал сравнительный анализ мифологических героев   сказок   русских   и   татар,   чтобы   выявить,   подчинено   ли   построение   этих   сказок общепринятой   схеме,   установить   сходства   и   различия   между   этими   сказками.   Для достижения   цели   использовали   схему,   разработанную   известным   фольклористом   В.Я. Проппом,   который   в   своем   труде   «Морфология   сказки»,   сгруппировав  поступки действующих лиц сказок, устанавливает закономерность и доказывает, что все волшебные сказки мира однотипны по своему строению. В сказках разных народов очень много общих мотивов и сюжетов, и чаще всего это происходит в силу типологической общности, которая возникла у народов самостоятельно в   силу   сходства   бытовых   или   психологических   условий   на   первых   этапах   развития человечества. Известно, что заимствованный сюжет изменяется, перерабатывается в соответствии со  сказочной  традицией  заимствующего  народа  и  становится  для  него уже  своим.  Это отмечал в свое время и В. Г. Белинский. «Русский человек,— писал он,— выслушав от татарина   сказку,   рассказывал   ее   потом   совершенно   по­русски,   так   что   из   его   уст   она выходила   запечатленною   русскими   понятиями,   русским   взглядом   на   вещи   и   русскими выражениями». 3.  Сравнение сказочных существ у русского и татарского народов 5 Волшебные сказки по количеству составляют примерно 46 процентов татарских и 20 процентов русских сказок и отличаются сравнительно большим объемом. Это зависит от таланта сказочника, от местных традиций. В волшебных сказках значительное место занимают мифологические персонажи. Один из часто встречающихся персонажей  татарских сказок — див (дью). Див живет вдали от людей, за горой Каф, на горе, под водой или, чаще всего, под землей. Он обычно похищает дочерей падишаха и превращает их в своих жен. Однако, где бы он ни находился, герой сказки джигит­богатырь, преодолевая неимоверные трудности, проникает в его владение. Убив дива, он освобождает девушку и, как правило, на ней женится. Див изображается как враждебная человеку сила. Например, татарская сказка «Три голубя», в ней сын бедняка находит и возвращает падишаху похищенную Дивом дочь. Юноше помогают три голубя. В сказке «Талисман» хитрый Див заколдовал трех братьев, превратив в голубей и похитил их сестру Зухру. Джигит Заляй помогает им, убивает Дива и женится на Зухре. В русских сказках встречаются подобные сюжеты, но в них девушек похищает Змей­Горыныч. Его побеждает смелый богатырь. Однако, хотя и очень редко, встречаются и дивы добрые, помогающие человеку. Сравнительно   часто   в   волшебной   сказке   действует,   наподобие   русской   бабы­яги («Василиса   Прекрасная»)   старуха­ведьма   (убырлы   карчык).   В   некоторых   сказках   она называется старухой­колдуньей (сихерче карчык), старухой­обжорой (жалмавыз). Старуха­ ведьма, живущая обычно в лесу в маленькой избушке, только не на курьих ножках, как в русских   сказках,   вредит   человеку,   она   проглатывает   людей,   сосет   их   кровь,   приносит другие несчастья. Герою сказки приходится приложить немало сил, чтобы уничтожить или заставить ее подчиниться. Вместе с тем сохранились в некоторых сказках древние сюжеты, где   старуха­ведьма   оказывается   доброй   и   помогает   людям.   Так,   в   татарской   сказке «Падчерица»   старуха­колдунья   помогает   доброй   девушке,   одаривает   ее   драгоценными каменьями, а злую девушку убивает.  Отыскивают жилье старухи всегда во время ночи, по огоньку, видимому издалека из избушки. При входе застают старуху за едою: она ест огонь. Вошедший непременно должен приветствовать старуху обычными словами: “эссаляму галейкюм!” (мир вам!), иначе беда: съест его старуха. Если посетитель убыр­старухи ­ особа женского пола, то убыр­старуха всегда просит ее истопить для себя баню и в бане попарить ее. Но, по хитрости своей, убыр­старуха не выражает своего желания прямо, то есть вместо того, чтобы сказать: “Я хочу, чтобы ты меня до бани донесла на руках”, она говорит: “Дочка, я стара, сама идти не 6 могу (врет хитрая: недаром татары проворного всегда называют убыром!), веди меня под руку, и если я не скоро буду шагать, подталкивай шибче меня в зад”. Вместо того, чтобы сказать:   “Попарь   меня   хорошенько”,   убыр­старуха   говорит:   “Ты   поколоти   меня   хоть комельком веника”. При этом честные и бескорыстные, или завозимые в лес на погибель, татарочки умеют угодить старухе; несут ее до бани и обратно на руках, парят листьями, а не комлем. Но корыстные волю ее исправляют дословно: пихают в зад и дуют на полке веником, ­ что есть мочи. На пути из бани убыр­старуха делает испытание своей гостье в честности. Это совершается так: “Дочка, ­ говорит старуха гостье, ­ пошвыряй гребнем в голове ­ что­то чешется”. И когда гостья открывает старухе голову ­ о чудо! видит, что вся голова   ее   унизана   жемчугом,   камнями   драгоценными,   золотом,   серебром.   Разумеется, честная не увлечется, по мнению татарских сказок, таким головным убором; но корыстная всегда набьет себе драгоценностями пазуху и карманы. Но то и другое не скрывается от убыр­старухи. “Дочка, ­ говорит убыр гостье, ­ потешь меня: попляши!” Понятно, что у воровки, во время прыганья, все вылетает. Старуха со злобой обличает гостью в воровстве и отнимает свою собственность. Но этим дело не кончается; убыр­старуха делает своей гостье новый искус. “Посмотри­ка, дочь моя, в бане у меня в печи сушился солод; не высох ли он?” Гостья отправляется, и вместо солода, находит в печи, в большом корыте, кучи драгоценностей. Честная, разумеется, опять устоит против искушения; а жадная, позабыв о первом обличении, опять ворует. В избушке опять пляска ­ и опять обличение воровки. Я забыл еще сказать, что гостей своих, людей, убыр­старуха угощает притом и человеческою пищею. Далее следует награда за добродетель и наказание за порок. Это происходит так: за добродетель убыр­старуха дает гостье зеленый сундук; а за порок жадной до богатства дает сундук черный. И той, и другой запрещает она смотреть в сундук прежде прибытия в свой дом в деревне. Та и другая исполняют волю старухи. Той и другой, в родном селе, выбегают с лаем собаки навстречу, но не одно и то же выкликают. Первой выкликают: “Умирать   ушедшая   сестра,   обогатившись,   возвращается,   вау!   вау!”   Второй   кричат: “Обогатиться пошедшая сестра, умирая, возвращается, вау! вау!» И в самом деле: первая находит   в   зеленом   сундуке   драгоценности,   а   вторая   ­   змею,   которая   мгновенно выскакивает из сундука, бросается на нее, и, обвившись вокруг шеи, удушает. Если посетивший старуху­убыр сбился с дороги и обратится к ней с просьбою помочь горю, та дает ему волшебный клубок и велит покатить по земле, и потом за ним идти. Клубок всегда доведет заблудившегося куда следует. 7 По   русским   народным   сказкам   мы   знаем   ее   как   злую,   уродливую   и   сварливую старуху­волшебницу.   Когда­то,   давным­давно,   у   наших   предков­славян   Баба   Яга   была могущественной богиней: хозяйкой леса, зверей и царства мертвых. Ее избушка считалась входом,   вратами   в   нижнее,   подземное   царство   –   НАВЬ.   Ее   избушка   была   сторожевой заставой на границе между миром живых людей и миром мертвых. И эту границу ревностно охраняла от посторонних Баба Яга. Чтобы войти в неё, надо было произнести заклинание – «Избушка­избушка, встань по­старому, как мать поставила – к лесу задом, ко мне передом. Мне в тебя лезть, хлеб­соль есть». Почему избушка стоит именно таким образом – спрятав дверь? Древние славяне считали, что войти в нее можно только со стороны Нави – царства мертвых. Мертвым не нужен солнечный свет, не нужны двери и окна: «Избушка там, на курьих ножках стоит без окон, без дверей...». Герой­путешественник, приходящий в Навь в поисках мудрости и счастья, представал перед Бабой Ягой, и она решала, достоин ли он, быть посвященным в тайные знания или должен умереть за дерзость. Вспомните, как Баба Яга встречала своего гостя? «Фу­фу­фу, русским духом пахнет. Вот зажарю тебя и съем, а потом на твоих костях поваляюсь­покатаюсь»  Это тоже не пустые слова. Русский дух – это дух живого человека, чужака. И к нему Баба Яга настроена враждебно. Ей не нужны непрошеные   гости,   и   она   грозится   умертвить   героя.   Почему   она   грозится   изжарить путника? В Древней Руси покойников сжигали, а пепел собирали в сосуд и уносили вглубь леса.  Там,  в чаще, стоял  маленький домик – его называли «домом  мертвых». Сосуд  с прахом   заносили   внутрь,   а   кости   привязывали   к   шестам   и   выстраивали   вокруг   в   виде забора. Теперь нам понятно, что послужило прообразом жилья Бабы Яги.  Но как бы не злилась Баба Яга, она должна спросить путника: «Кто ты, добрый молодец,   зачем   пожаловал:   дело   пытаешь,   аль   от   дела   лытаешь?».   А   что   отвечает   ей добрый молодец? «Ты меня сперва напои, накорми, в баньке попарь да спать уложи, а потом пытай!». Был такой древний ритуал посвящения, который существовал у многих языческих народов. Человека, пришедшего в общину, надо накормить – приблизить к себе. Ведь до сих пор гостя принято угощать. И только после этого Баба Яга может испытать гостя мудрыми загадками. Тех, что не отгадали загадки, варят в котле или сажают в печь на огромной лопате. А если молодец проявил ум и смекалку – укажет ему Баба Яга путь­ дорогу   в   Тридевятое   царство,   да   еще   и   одарит   чудесными   вещами.   Здесь   она   уже выступает, как добрая богиня, мудрая наставница и дарительница 8 Таким образом, и Убырлы карчык и Баба Яга – это мифические существа, обладающие   волшебной   силой,   испытывающие   своих   гостей   и   одаривающие   по заслугам.  Относительно   реже   в   волшебной   сказке   встречается   образ   змея   (елан).   У   многих народов змей изображается как ярый враг человека, и сюжеты о змееборстве в сказках занимают значительное место. В татарских сказках эпизоды борьбы со змеем — довольно редкое явление. Очень часто в них змей — положительный персонаж, выступающий как помощник или даритель. В сюжетах, связанных со змееборством, в татарских сказках чаше фигурируют див и дракон (аждаха).   Аждаха   встречается   примерно   в   каждой   десятой   татарской   сказке.   Он представляется в виде огромного одно­ или многоголового змея, вступающего в схватку с героем сказки. Это тот же самый русский Змей­Горыныч. Сюжеты русских и татарских сказок о драконе очень похожи. Так, например, в татарской сказке «Камиль – сын батыра» джигит   напоминает   русских   богатырей.     Здесь   встречается   множество   сюжетных элементов, характерных для русских сказок о Змее Горыныче. В данной сказке главный герой борется с семиглавым змеем, который все дома разорил, поля сжег, женщин в полон уволок. Сцена боя со змеем та же, что и в русских сказках. У змея так же вырастают головы,   вместо   тех,   что   отрублены   мечом,   изо   рта   вырывается   пламя.   В   финале ненавистный враг погибает от рук Батыра (богатыря). В татарских волшебных сказках есть еще один персонаж из «змееобразных». Это — юха, которая имеется лишь в нескольких сказках. В русских сказках такого персонажа нет. По поверьям татар, змей, дожив до ста лет, превращается в аждаху, а дожив до тысячи лет — в юху. Юха — враг человека. Она не действует открыто, как, например, аждаха. Вначале, превратившись в красивую девушку (иногда в красивого юношу), она вступает в брачную связь   с   человеком,   после   чего   тот   человек   постепенно   чахнет.   Только   своевременное уничтожение юхи (буквально: старуха­упырь) спасает героя сказки от гибели. В татарской сказке «Бедняк и Юха­оборотень» главный герой женится на прекрасной девушке, которая оказывается Юхой. Он чахнет с каждым днем. Догадавшись, кто его жена, бедняк пишет письмо   дяде,   который   помогает   племяннику   избавиться   от   ведьмы.   Ее   заманивают   в раскаленную железную баню, где она погибает. С того дня джигит пошел на поправку. 9 Также в татарских легендах есть мифологическое существо Зилант, имеющее облик дракона. Зилант (от татар.:jылан – змея) – крылатое существо со змеиным хвостом, нашел многогранное отражение в татарской мифологии. Варианты легенд весьма противоречивы. В   некоторых   из   них   Зилант   –   положительный   персонаж,   добрый   дракон­хранитель.   В распространенном   варианте   легенды   говорится,   что   у   одного   из   жителей   Казани   был пчельник за Зилантовым лесом. У этого человека была дочь, известная своей красотой. Дочь выдали замуж. Однажды она пошла за водой к реке Казанке. Не понравилось ей, что очень   трудно   доставать   воду   из   реки.   Дошли   ее   жалобы   до   ушей   хана   Галим­бика, основателя этого города. Хану и самому не нравилось местоположение Старой Казани. И посоветовала женщина основать город около Зилантовой горы. Но водилось там множество змей. Поэтому, по совету  молодой  женщины, на указанное  место сложено было  много соломы и сучьев. Весной, когда змеи выползли из­под земли и собрались под соломой, помчался по велению хана богатырь на коне, чтобы поджечь солому. Спалил богатырь и солому и змей вместе с нею. А громадная двуглавая змея спаслась от огня и осталась жива ­  здорова.  Вот  этот­то  огромный  дракон  бросился  на  богатыря   и  хотел  его   убить.  Но богатырь смог проехать на своем коне от Казани 50 верст, когда дракон настиг его. Дракон рассек богатыря на шесть частей. Богатырь же несколько раз проткнул тело дракона своим отравленным копьем. Дракон, говорят, от той отравы и умер. В 1730 г. Зилант занял центральное место в городском гербе Казани. В 1781 году царским указом Зилант был помещён на герб Казанской губернии. Он был описан в указе как «черный коронованный дракон, крылья и хвост червленые, клюв и когти золотые; язык червленый».   Вместе   с   гербом   Казанской   губернии   Зилант   попал   на   герб   Российской Империи.   Его   изображение   было   включено   в   гербы   всех   городов   губернии.   Зилант изображён на гербе и флаге города Казань, на гербах ряда городов Республики Татарстан, а также на гербе Каширы (Московская область, Российская Федерация). Русский аналог Змей Горыныч — многоголовый огнедышащий дракон, представитель злого   начала   в   русских   народных   сказках   и   былинах.   Это   огромный   и   могучий огнедышащий дракон – мифологический персонаж славянских преданий и герой русских народных сказок. Обитал он на горе, отсюда и название "Горыныч". Пугал честной народ и похищал царевен, а затем поедал их. Так, по крайней мере, излагают события древние источники. Многие добрые молодцы выходили на бой с ним. Но у чудища было несколько голов. Отрубит витязь мечом одну голову, а на её месте тут же вырастает другая. Из каждой пасти вырываются языки пламени. Как тут жуткого дракона одолеешь?  10 Но находились богатыри, которые побеждали змея. Во многих сказках Змей Горыныч   похищает   красивых   девушек   (среди   которых   часто   бывают   царевны),   чтобы запугать   народ,   или   просто,   чтобы   полакомиться   ими.   В   русской   былине   "О   Добрыне Никитиче и Змее Горыныче" Змей Горыныч похитил Забаву Путятишну — племянницу киевского князя, а Добрыня Никитич её освободил.  Таким образом, сюжеты с многоголовым змием в русских и татарских сказках очень схожи между собой.  В татарской литературе мы знакомимся с мифологическими существами татарского народа   через   творчество   замечательного   татарского   поэта   Г.Тукая,   который   прославил мифические существа в сказках «Су анасы» и «Шурале». В его произведениях древний мир превращается   в   литературный   мир.   Образы   Шурале,   Су   анасы,   Дию   связаны   с героическими   мифами   тюркской   и   восточной   мифологии.   Они   символизируют   разные стихии: дерево (лес), воду (реки), ветер (воздух). Мифические существа Шурале, Су анасы, Дию   в   контексте   художественного   вымысла   в   целом   сохраняют   свое   портретное   и функциональное содержание.  Существуют   различные   варианты   в   описании   внешнего   вида   Су   анасы:   старая   – молодая, зловещая – жертвенная, черные волосы – седые волосы. В одних исследованиях она старуха с длинными седыми распущенными волосами; в других – черноглазая женщина, с   длинными   густыми   черными   волосами,   злой   дух   воды   и   одновременно   "спаситель" деревни.  При создании ее образа используются следующие  эпитеты: "белая", "краснощекая", "черноволосая", "прекраснейшая из женщин". В основе поэмы Г.Тукая лежит страшный, пугающий образ духа воды. Здесь Су анасы – женщина, демон, злая старуха с длинными волосами цвета родника ("сачл ренн н чишм  төсле").   ə ə ə Почему Су анасы расчесывает свои волосы золотым гребнем, почему Шүр ле любит ə щекотать заблудившихся людей, почему легендарный, сказочный Дию  похищает красивых женщин в свое царство? Эти поступки как часть характеристики портрета мифических героев, сливаются с ними в одно целое. То, что было ясно древним людям и представлено в мифах как данность, совершенно непонятно сознанию современного человека. Только ли ради   забавы   убивает   людей   Шүр ле,   а   Су   анасы   не   может   расстаться   с   дорогим   ей гребнем? Мотивы  поведения Дию и Шүр ле скорей всего связаны с древними ритуалами.  ə ə 11 Отрицательное, негативное описание низших духов природы – Шүр ле, Су анасы и ə легендарно­сказочного   Дию   в   татарской   мифологии   и   в   поэмах   Г.Тукая   обусловлено религиозным фактором, когда на смену язычеству с его пантеоном богов и духов пришел единый бог. Новые оценки заменили старые представления. Не так много мифов, легенд и сказок, в которых эти мифологические образы выступают в другой ипостаси.   Например, Г.Гильманов приводит миф о Су анасы, где она ценой своей жизни спасает деревню от Дива. Или в сказке "Дутан батыр" Белый див выступает помощником героя. Подобных   легенд   о   Шүр ле   не   сохранилось.   Здесь   не   только   Джигит   есть   носитель народного ума,  хитрости  и  смекалки,  но и  Шүр лел р,  смеющиеся  над своим  глупым ə ə ə товарищем, могут изрекать народную мудрость:  Ə ə ə " йт л р: "Кычкырма син,  тиз яхшылык берл н тыел! ə И җүл р! Кысканга былтыр, кычкыралармы быел?!"  "Успокойся! Помолчи­ка! Нам от крика невтерпёж. ə Прищемлен в году минувшем, что ж ты в нынешнем  ревешь?"  Традиционный мифологический сюжет в поэмах Г.Тукая начинает выполнять новые функции. Г.Тукай творит такую картину мира, где все происходит так, как должно было произойти. В поэме "Су анасы" столкновение с духом воды послужило уроком главному герою:   никогда   не   брать   чужого.   Так,   через   мифологический   сюжет   раскрывается нравственный закон, составляющий мораль притчи.  Просветительская   идеология   в   творчестве   Г.Тукая   послужила   импульсом   для трансформации   традиционной   картины   мира.   В   русле   этой   идеологии   написана   поэма ə   над   Шур ле "Шур ле",   она   выражает   просветительский   пафос.   Победа   Джгита   символизирует   победу   разума   над   страхом,   космоса   над   хаосом,   человека   над   духом ə природы. Наряду с традиционными представлениями о мире, перед нами предстает модель, в   которой   человек   заявляет   себя   как   "светлое",   рациональное   начало,   добро, противостоящее и  обеждающее зло.   В поэмах­сказках "Су анасы", "Шур ле"   доминирует традиционная картина мира. ə Их сюжет отдаленно напоминает сюжеты, связанные с ритуалом посвящения культурного героя, который через преодоление препятствий обретает силу, духовную и физическую зрелость, мужество, а в конечном итоге счастье.  Итак, Шурале – национальный татарский персонаж, лесной житель. Шурал  (тат. ее Шүрәле),   также   у   татар   известен   как   урман   иясе,   у   башкир   как   ярымтыҡ   — 12 антропоморфное мифическое существо татарских и башкирских сказок, персонификация духа леса. Обычно   описывается   как   низкорослое,   горбатое,   с   длинными   тонкими   пальцами, длинными ногами, бородой и небольшим рогом на лбу. Убивает людей щекоткой. Отбивает лошадей от табуна и катается на них, может загнать лошадь до смерти. Шурале ловят, смазывая   спину   лошади   смолой.   Шурале   боится   воды,   поэтому   от   него   спасаются, перепрыгнув через речку или ручей.  Прообраз   Шурале   бытовал   не   только   в   татарской   мифологии.   У   разных   народов Сибири и Восточной Европы (а также  у китайцев,  корейцев, персов, арабов  и других) существовала вера в так называемых "половинников". Назывались они по­разному, но суть их оставалась практически одинаковой. Это   одноглазые,   однорукие   существа,   которым   приписывались   различные сверхъестественные   свойства.   С   течением   времени   первоначальное   значение   слова "шуреле" (половинник) было забыто, и оно стало обозначать лешего, оборотня. Чем дальше наши предки уходили от язычества и увереннее чувствовали себя в окружающем мире, тем меньше   оставалось   в   нём   мистики.   Постепенно   наводящий   ужас   и   обладающий сверхъестественными силами лесной дух превратился в незлое и даже почти безобидное существо,   правда,   имеющее   странные   и   неприятные   привычки,   но   настолько   глупое   и доверчивое, что его нетрудно обмануть. Одноименная  сказочная   поэма  Г.Тукая,  написанная   в  1907  году,  имела  огромный успех. Поэт вложил в повествование свои личные чувства, воспоминания, переживания, сделав его удивительно лиричным. Не случайно действие развивается в Кырлае ­ деревне, в которой   Тукай   провёл   свои   самые   счастливые   детские   годы   и,   по   его   собственному признанию, "начал помнить себя". Огромный, удивительный мир, полный тайн и загадок предстаёт перед читателем в чистом и непосредственном восприятии маленького мальчика. Поэт с огромной нежностью и любовью воспел и красоту родной природы, и народные обычаи,   и   ловкость,   силу,   жизнерадостность   сельчан.   Эти   чувства   разделяли   и   его читатели,   воспринявшие   сказку   "Шурале"   как   глубоко   национальное   произведение,   по­ настоящему ярко и полно выражающее саму душу татарского народа. Именно в этой поэме нечисть из дремучего леса впервые получила не только негативную, но и положительную оценку: Шурале стал как бы неотъемлемой частью родной земли, её девственной цветущей природы,   неисчерпаемой   народной   фантазии.   Неудивительно,   что   этот   яркий 13 запоминающийся   образ   затем   многие   годы   вдохновлял   писателей,   художников, композиторов на создание значительных и оригинальных произведений искусства. В примечании к поэме Г. Тукай писал: "Эту сказку "Шурале" я написал, пользуясь примером поэтов А. Пушкина и М. Лермонтова, обрабатывавших сюжеты народных сказок, рассказываемых народными сказителями в деревнях". В   русской   сказке   можно   сравнить   с   Шурале   поэму   Пушкина   А.С.   «Руслан   и Людмила». В Его предисловии есть строки: Там чудеса: там леший бродит, Русалка на ветвях сидит; Там на неведомых дорожках Следы невиданных зверей; Избушка там на курьих ножках Стоит без окон, без дверей… В русских сказках Лешие не столько вредят людям, сколько проказят и шутят, и в этом случае вполне уподобляются своим родичам ­ домовым. Проказят они грубо, как это и прилично неуклюжим лесным жителям, и шутят зло, потому что все­таки они не свой брат крещеный человек. Самые обычные приемы проказ и шуток леших заключаются в том, что они «обводят» человека: всякого углубившегося в чащу с целью собирать грибы или ягоды они либо «заведут» в такое место, из которого никак не выбраться, либо напустят в глаза такого тумана, что совсем собьют с толку, и заблудившийся человек долго будет кружить по лесу на одном и том же месте. Т.о. можно сделать вывод, что татарский Шурале и русский Леший очень схожи по характеру и в сказках совершают практически одинаковые действия: хозяева леса, охраняющие свои территории. Водян й— в славянской мифологии дух, обитающий в воде, хозяин вод. Воплощение ое стихии воды, как отрицательного и опасного начала.  Водяного представляли в виде голого обрюзглого старика, пучеглазого, с рыбьим хвостом.   Он   опутан   тиной,   имеет   большую   окладистую   бороду   и   зелёные   усы.   Мог обернуться крупной рыбой, бревном, утопленником, ребёнком или лошадью. Кроме того, выступает в облике мужчины с отдельными чертами животного (лапы вместо   рук,   рога   на   голове),   или   безобразного   старика,   опутанного   тиной,   с   большой бородой и зелёными усами. 14 Водяному приписывают то же значение, что и домовому. Ему также приписывают власть   над   русалками,   ундинами   и   прочими   водяными   жителями,   которые   поэтому   не составляют самобытного божества. Водяные пасут на дне рек и озёр стада своих коров — сомов, карпов, лещей и прочей рыбы. Командует русалками, ундинами и прочими водными жителями. Вообще он добрый, но иногда любит водяной побаловаться и затащить на дно какого­нибудь зазевавшегося человека, чтобы он его развлекал. Из воды выходит редко; его любимым местом являются речные   омуты,   да   притом   около   водяных   мельниц.   Любит   ночевать   под   мельничным колесом, где струя воды вымывает глубокие омуты. Водяной тоже требует к себе уважения. Месть его заключается в порче мельниц, в разгоне рыбы, а иногда, говорят, он посягает и на жизнь человека. Ему приписывают сома, как любимую рыбу, на которой он разъезжает и которая ему доставляет утопленников. За это сома в народе называют «чёртова лошадь». Водяные утаскивали людей себе на дно, пугали и топили купающихся. Эти поверья о водяных   сопоставимы   с   легендой   о   морском   царе,   отразившейся   в   русских   былинах   о Садко. В волшебных сказках водяной схватывает свою жертву, когда она пьёт из ручья или колодца, требует у захваченного царя или купца сына в залог, и т. п. В славянских поверьях о   водяном   и   морском   царе   можно   видеть   отражение   на   более   низком   уровне мифологической системы представлений, некогда относившихся к особому богу моря и вод.   Таким образом, мы пришли к выводу, что в татарских сказках хозяйкой вод является женщина, а в русских сказках эта роль передана мужчине с отдельными чертами животного. И Су анасы, и водяной ревностно охраняют свои территории.  Заключение Сказка   ­   один   из   основных   жанров   устного   народного   творчества.   Это преимущественно прозаический художественный устный рассказ волшебного или бытового характера. В русских и татарских сказках часто встречаются общие идеи, темы, сюжеты и образы. Это объясняется сходными условиями жизни русских и татар, проживающих в одном регионе. Это региональная общность. Иногда сюжеты сказок заимствуются одним народом у другого, творчески перерабатываются, вносятся новые элементы.  И русские, и татарские народные сказки делятся на сказки о животных, социально­ 15 бытовые, волшебные сказки. Эта типология одинакова у данных народов. Однако процент сказок в каждой жанровой группе у данных народов варьируется. Мы увидели, что и в русских, и в татарских сказках много сходных элементов. В волшебных   сказках   сходных   сюжетов   еще   больше.   Это   образы   старух­ведьм,   образы драконов (аждаха). Однако в татарских сказках встречаются образы Дива, Юхи, которых нет в русских сказках. Сюжеты борьбы со Змеем­Горынычем (аждахой) очень похожи в сказках данных народов.  Фольклористы   считали   волшебные   сказки   наиболее   древние     потому   особенно ценными.   Действительно,   волшебные   сказки   сохранили   остатки   некоторых   древнейших языческих представлений, как, например, веры в хозяев лесов, морей, гор, стихий (баба­ яга,  морской   царь,  змей  Горыныч),  культа   предков,   веры  в   оборотничество  и   т.  д.  Но ценность и жизненность волшебной сказки определяется не этим. Вера эта в народе давно утрачена. Сказка никогда не выдается за действительность: сказка — складка, она хороша именно как вымысел. Однако, несмотря на свою фантастичность, сказка выражает высокие жизненные идеалы народа. В волшебных сказках народ создал образы героев­заступников за обездоленных, борцов за правду и справедливость, сильных сознанием своей правоты, прекрасных в своей, не знающей пределов, смелости. В основе сказочного повествования лежит веками сложившееся народное представление о том, что в жизни составляет правду и что кривду. Подробное изучение мировоззрения народа, художественно выраженного в сказке,   —   одна   из   ближайших   задач   нашей   науки.   Любой   читатель   или   слушатель, отдаваясь во власть сказки, рисующей нам образы старика и старухи, Ивана­дурака, Ивана царевича, мачехи и падчерицы, Бабы­яги, Кощея, Змея Горыныча, Водяного или Лешего, прекрасной   царевны,   злого   царя,   злой   царицы   и   многих   других,   ощущает   глубокую жизненную и художественную правду сказки.  Мир сказки бесконечно разнообразен. Сказка в художественных образах выражает лучшие качества народа и тем самым воспитывает эти качества в тех, кто любит слушать или читать сказку. Она и по сегодняшний день покоряет художественностью своих образов, богатством вымысла и неистощимостью фантазии.  Герои с нечистой силой на самом деле не такие уж злые и коварные, просто они требуют   особого   отношения   к   себе,   ведь   человек   вторгается   в   их   мир,   а   они   только защищаются. 16 Литература 4. Агзамова Д.Р.. Миф в поэмах Г.Тукая «Шурале», «Су анасы», «Печан базары», «Яхуд Янакисекбаш и идея просвещения.Механизмы взаимодействия – Вестник ТГГПУ. 2011. №2(24) 5. Аникин В.П. Русская народная сказка. М.: Просвещение, 1977.  6. Афанасьев   А.Н.   Народные   русские   сказки:В   3­х   т./Подг.текста   и   примеч. В.Я.Проппа. М., 1957. 7. Бахтина В.А.   К   определению   сказки.//Фольклор народов РСФСР. Уфа,1975. С.40­43. 8. Ведерникова Н.М. Русская народная сказка. М.,1975.­432 с. 9. Гильмутдинова С. З. Талисман: Сказки и легенды.­ Казань: Татарское книжное издательство, 1991.­ 128 с. 10.   Давлетшин   Г.М.   Очерки   по   истории   духовной   культуры   предков   татарского народа (истоки, становление и развитие). – Казань: Татар. кн. изд­во, 2004. – 431 с.  11. Замалетдинов   Л.   О   татарских   сказках.­   С.   3­14   –   В   кн.:   Татарские   народные сказки.­ Казань: Татарское книжное издательство, 1992 12. Зуева Т.В. Волшебная сказка. ­  М.:Прометей,1993. 13. История и культура родного края: Учеб. Пособие.­ Казань: Магариф, 1993. ­183 с. 14. Мелетинский  Е.М. От мифа к литературе//Учеб. пособ. по курсу "Теория мифа и ист. поэтика повествовательных жанров" / Рос. гос. гумнит. ун­т. – М.: РГГУ, 2000. – 169 с. 15. Мифы народов мира: В  2­х т.т. ­ М.: Российская  энциклопедия, 16. Никифоров   А.И.   Сказка,   ее   бытование   и   носители   //   в   сб.   Русские   народные сказки. Сост. О.И. Капица. М­Л.,1977. 17. Пропп В.Я. Исторические корни волшебной сказки. – 2­е изд. – Л., 1986; 3­е изд.  18. Пропп В.Я. Морфология сказки. – 2­е изд.­ М.,1969.  19. Пропп В.Я. Русская сказка. – Л., 1983. СПб., 1996.  20. Пропп В.Я. Русская сказка. Л.: ЛГУ, 1984.­ 342 с. 21. Сравнительный указатель сюжетов. Восточнославянская сказка / Сост. Л.Г.Бараг и др.  22. Татарские народные сказки.­ Казань: Татарское книжное издательство, 1992.­ 287 с. 23. Тукай Г.М.  Сайланма  с рл р: шигырьл р, поэмалар һ м ч чм   с рл р. –  ə ə ə ə ə ə ə ə Казан: Татар. кит. н шр., 2003. – 480 б. ə ə ə 17

Сравнение русских и татарских народных сказок

Сравнение русских и татарских народных сказок

Сравнение русских и татарских народных сказок

Сравнение русских и татарских народных сказок

Сравнение русских и татарских народных сказок

Сравнение русских и татарских народных сказок

Сравнение русских и татарских народных сказок

Сравнение русских и татарских народных сказок

Сравнение русских и татарских народных сказок

Сравнение русских и татарских народных сказок

Сравнение русских и татарских народных сказок

Сравнение русских и татарских народных сказок

Сравнение русских и татарских народных сказок

Сравнение русских и татарских народных сказок

Сравнение русских и татарских народных сказок

Сравнение русских и татарских народных сказок

Сравнение русских и татарских народных сказок

Сравнение русских и татарских народных сказок

Сравнение русских и татарских народных сказок

Сравнение русских и татарских народных сказок

Сравнение русских и татарских народных сказок

Сравнение русских и татарских народных сказок

Сравнение русских и татарских народных сказок

Сравнение русских и татарских народных сказок

Сравнение русских и татарских народных сказок

Сравнение русских и татарских народных сказок

Сравнение русских и татарских народных сказок

Сравнение русских и татарских народных сказок

Сравнение русских и татарских народных сказок

Сравнение русских и татарских народных сказок

Сравнение русских и татарских народных сказок

Сравнение русских и татарских народных сказок

Сравнение русских и татарских народных сказок

Сравнение русских и татарских народных сказок
Скачать файл